Бесплатная лицензия — это примерно треть вопроса. Открытый контур из n8n, Apache Superset и PostgreSQL в компании на 60 человек обходится в 501 000 ₽ в год, и 348 000 ₽ из них — работа людей: администрирование, обновления, резервные копии и ведение витрин. Сопоставимая связка на подписках стоит 464 000 ₽. То есть на среднем размере компании открытое ПО не выигрывает по деньгам, и выбирают его по другим причинам.
Критерий отбора в эту подборку объявляем до списка: решение должно разворачиваться в российских компаниях на практике, иметь живое сообщество и не требовать оплаты из-за рубежа ни на одном шаге. По этому критерию сюда не попали продукты с открытым ядром и закрытой корпоративной редакцией, оплата которой из России невозможна, а также проекты, у которых в России нет ни одного подрядчика, готового взять контур на сопровождение по договору.
Мы не продаём и не перепродаём ни одно из перечисленных решений. Мы разворачиваем и сопровождаем такие контуры, поэтому смотрим на них с той стороны, с какой обычно не смотрят при выборе: сколько часов в месяц они забирают у живого человека и что происходит, когда этот человек уходит.
Сумма всего, что компания тратит за год, чтобы система работала: площадка и серверы, резервные копии и их проверка, обновления версий, мониторинг, разбор сбоев, права доступа и ведение содержимого — витрин, сценариев, дашбордов. Лицензия входит в этот список отдельной строкой и в случае открытого ПО равна нулю. Ошибка при выборе почти всегда одна и та же: сравнивают строку лицензии с целой суммой подписки, а не сумму с суммой.
Что действительно ставят
Четыре позиции ниже — не «топ открытого ПО», а то, что мы регулярно видим и сопровождаем в российских компаниях 20–300 человек. Пятой строкой можно было бы поставить операционную систему и веб-сервер, но их выбирают не так и не для этого.
| Решение | Что закрывает | Чем заменяется на подписке | Что требует от компании | Кому не подойдёт |
|---|---|---|---|---|
| n8n на своём сервере | Сценарии обмена между системами, обработка событий, рассылки | Albato, ApiX-Drive, Nodul | Администратор, тестовый контур, дисциплина версий | Компаниям без своего сервера и без человека, который следит за обновлениями |
| Apache Superset | Отчётность и дашборды поверх готовой витрины данных | Yandex DataLens и российские BI-платформы | Человек, пишущий SQL; отдельная работа по правам доступа | Организациям, которым нужна запись в реестре отечественного ПО: иностранный открытый проект в него не входит |
| PostgreSQL | Хранилище и витрина данных под отчётность и обмены | Управляемая база в российском облаке | Резервные копии, мониторинг, план восстановления | Здесь альтернативы почти нет: спор идёт не о продукте, а о том, кто его администрирует |
| Локальная модель через Ollama и pgvector | Поиск по базе знаний и обработка текстов без отправки данных наружу | GigaChat, YandexGPT и другие облачные модели | GPU-узел в собственности или аренде, регресс-тест качества ответов | Малому потоку запросов: при 10 000 обращений в месяц узел простаивает, и обращение выходит дороже облачного |
Карта связей в чертёжном стиле. Внутри рамки с подписью «периметр компании, российская площадка» четыре узла: «n8n — сценарии», «PostgreSQL — витрина данных», «Apache Superset — дашборды», «Ollama и pgvector — поиск по базе знаний». Стрелки между ними подписаны тем, что передаётся: «события», «строки витрины», «запросы SQL», «фрагменты документов». За рамкой три внешних узла — «1С», «CRM», «телефония» — со стрелками внутрь. Отдельно сбоку фигура человека с подписью «единственный, кто понимает контур целиком». Приглушённая палитра, подписи по-русски.
Про n8n у нас есть два отдельных разбора, и повторять их здесь смысла нет: как установить n8n на свой сервер — про порядок работ и стартовую смету на 94 000 ₽ в год, а n8n на своём сервере и 152-ФЗ — про контур под 30–50 сценариев за 339 200 ₽ в год. Ниже мы складываем полный контур целиком, вместе с отчётностью и хранилищем.
Год владения: 501 000 ₽ при нулевой цене лицензий
Модельная компания: 60 человек, 12 пользователей отчётности, около 30 сценариев обмена, три источника данных. Администрирование считаем по ставке штатного системного администратора — 1 100 ₽/час полной стоимости; ведение витрин и дашбордов по ставке внешнего инженера — 3 000 ₽/час, потому что этой работой в компаниях такого размера почти всегда занимается подрядчик.
Теперь то же самое на подписках. Облачная BI-платформа на 12 именованных пользователей — порядка 200 000 ₽ в год, российская интеграционная платформа при таком объёме сценариев — около 48 000 ₽ в год, управляемая база входит в подписку облака. Строка ведения витрин и дашбордов никуда не девается: она нужна одинаково в обоих вариантах, это 216 000 ₽. Администрирование в облачном варианте не нужно.
| Статья | Свой контур | Подписки |
|---|---|---|
| Лицензии и подписки | 0 ₽ | 248 000 ₽ |
| Инфраструктура и площадка | 153 000 ₽ | входит в подписку |
| Администрирование | 132 000 ₽ | 0 ₽ |
| Ведение витрин и дашбордов | 216 000 ₽ | 216 000 ₽ |
| Итого за год | 501 000 ₽ | 464 000 ₽ |
Чего нет ни в одной из двух колонок — так это разовых работ. Развернуть контур, настроить права, собрать первые витрины и перенести существующие отчёты стоит 150 000–350 000 ₽ в открытом варианте и 100 000–250 000 ₽ в подписочном: разница небольшая, потому что основная работа в обоих случаях приходится не на платформу, а на данные. Эту строку в сметах чаще всего опускают, и именно из-за неё проект «за ноль рублей» неожиданно требует бюджета на старте.
Две вертикальные составные колонки одинаковой ширины. Левая «свой контур, 501 000 ₽» из трёх сегментов с подписями «инфраструктура 153 000 ₽», «администрирование 132 000 ₽», «ведение витрин 216 000 ₽» и нулевой полоской «лицензии 0 ₽». Правая «подписки, 464 000 ₽» из двух сегментов: «подписки 248 000 ₽», «ведение витрин 216 000 ₽». Между колонками стрелка с подписью «разница 37 000 ₽ в пользу подписки». Чертёжный стиль, приглушённая палитра, подписи по-русски.
Точка, после которой открытый контур выигрывает
Разница между двумя колонками не постоянна: подписка растёт вместе с числом пользователей отчётности, своя инфраструктура — нет. При 200 000 ₽ за 12 именованных пользователей один пользователь стоит около 16 700 ₽ в год. Значит, разрыв в 37 000 ₽ закрывается примерно двумя дополнительными пользователями: равенство наступает около 14 пользователей, а на 30 пользователях свой контур выигрывает уже порядка 260 000 ₽ в год.
- По числу пользователей отчётности — примерно 14 человек. Ниже дешевле подписка, выше — свой контур; линия проходит через лицензионную модель, а не через объём данных.
- По объёму операций обмена — около 52 000 операций в месяц для стартовой установки и около 190 000 для полноценного контура. Оба порога мы считали в отдельных разборах n8n и приводим здесь как ориентир, а не как новую цифру.
- По требованиям к размещению данных — порог отсутствует. Если в сценариях есть персональные данные клиентов и вы не хотите передавать их третьему лицу, деньги перестают быть аргументом в принципе.
- По горизонту проекта — меньше полутора лет. Разовая настройка контура в 150 000–350 000 ₽ на коротком горизонте не размазывается, и подписка выигрывает при любом числе пользователей.
Риск одного человека
Самая частая причина, по которой открытый контур становится проблемой, — не уязвимость и не сбой, а увольнение. Систему разворачивал один сотрудник, документации нет, пароли лежат у него, схема в голове. Формально всё работает; фактически компания не может ни обновить контур, ни восстановить его после аварии.
Восстановление контроля над контуром без документации — 60–120 часов внешнего инженера по 3 000 ₽, то есть 180 000–360 000 ₽, плюс период, когда обновления не ставятся и сценарии останавливаются по одному. Это от 36 до 72 % годовой стоимости владения, потраченные разово и без единого нового рубля пользы. Соседний сценарий, когда система живёт без владельца, мы разбирали в материале деградация системы автоматизации.
Проблема усиливается тем, что открытый контур обычно вырастает снизу: сначала один сценарий «на попробовать», потом ещё три, потом на нём висит выгрузка в бухгалтерию. Формального решения о внедрении не принималось, поэтому нет ни бюджета на сопровождение, ни второго человека с доступом. Четыре меры ниже стоят вместе меньше 40 000 ₽ в год и снимают почти весь риск.
- 1Пароли и ключи — в корпоративном хранилище, а не у человека. Отдельный доступ у второго сотрудника, ревизия раз в квартал. Порядок описан в материале где хранить пароли и ключи компании.
- 2Развёртывание описано как последовательность команд, а не как воспоминание. Файл на две страницы: что где стоит, как поднять с нуля, где лежат копии, какой ключ шифрования нужен для их восстановления.
- 3Учения по восстановлению — раз в квартал, два часа. Копия разворачивается на тестовом контуре по записанному порядку. Если не разворачивается, это выясняется в спокойный день, а не в аварию.
- 4Договор сопровождения с подрядчиком, даже на минимальный объём. Восемь часов в месяц с оговорённым временем реакции стоят меньше, чем разовое восстановление, и снимают зависимость от одного человека.
152-ФЗ: аргумент, который не спорит с деньгами
Главная причина, по которой российские компании ставят открытое ПО у себя, — не экономия, а данные. Своя инфраструктура на площадке в России означает, что персональные данные не покидают периметр компании и вопрос трансграничной передачи не возникает. Это закрывает требование локализации баз, ч. 5 ст. 18 152-ФЗ.
Важно понимать границу: своя установка закрывает ровно это требование и больше ничего. Уведомление в Роскомнадзор об обработке, согласия субъектов, поручение обработки подрядчику, меры защиты по ст. 19 и порядок уведомления об инциденте за 24 и 72 часа остаются вашей задачей независимо от того, где стоит сервер. Продавец, который говорит «поставьте у себя и вопрос 152-ФЗ снят», ошибается или упрощает. То же касается локальных моделей: их роль в этой рамке разобрана в материале что закрывает локальная модель по 152-ФЗ.
Две колонки. Слева заголовок «закрывает своя установка» и один пункт: «локализация баз в России, ч. 5 ст. 18». Справа заголовок «остаётся вашей задачей» и пять пунктов: «уведомление в Роскомнадзор», «согласия субъектов», «поручение обработки подрядчику», «меры защиты по ст. 19», «уведомление об инциденте за 24 и 72 часа». Правая колонка визуально в пять раз плотнее левой. Внизу подпись: «сервер у себя — это один пункт, а не весь закон». Чертёжный стиль, подписи по-русски.
Когда open-source обходится дороже
Три случая, в которых мы сами отговариваем заказчика от открытого контура, хотя умеем его строить и зарабатываем на этом.
- Нет своего администратора и не планируется. 120 часов в год кто-то отработает в любом случае. Если покупать их у подрядчика по 3 000 ₽, строка вырастает со 132 000 ₽ до 360 000 ₽, и годовая стоимость контура уходит к 729 000 ₽ против 464 000 ₽ на подписке. Это уже не разница, а полуторный перерасход.
- Маленький объём операций. До порогов, названных выше, подписка дешевле при любых расчётах. Открытое ПО в этом случае покупают за размещение данных, и решение честнее принимать именно с такой формулировкой.
- Нужна формальная поддержка вендора. Госзаказчику и части крупных контрагентов требуется запись в реестре отечественного ПО и договор с правообладателем. Иностранный открытый проект не даёт ни того, ни другого, и никакое качество кода этого не меняет. Как проверить статус, описано в материале как проверить ПО в реестре.
И одно наблюдение напоследок. В сметах, которые приносят нам на второе мнение, строка «лицензии» обсуждается дольше всех остальных вместе взятых, хотя в открытом контуре она равна нулю, а в подписочном составляет чуть больше половины. Спорить стоит о другой строке: кто именно будет тратить те самые 10 часов в месяц и что произойдёт, когда этот человек уйдёт в отпуск.
Бесплатная лицензия переносит расходы из счёта вендора в чей-то календарь. Считать надо календарь.
